НА ОБОЧИНЕ, БЕЗ ПИКНИКА

В прошлом номере мы с вами, уважаемые коллеги, говорили о предсказаниях, и предсказания получились у нас не вполне оптимистические. Пытаясь, вместе с экспертами, рассмотреть в туманной глубине хрустального шара ближайшие десятилетия, мы увидели там смутные очертания мировой войны за доступ к информации. На чьей стороне мы будем воевать в той войне — такой вопрос было обещано обсудить в этот раз.

Сразу оговорюсь: война — это не всегда выстрелы и кровь, пороховая гарь и трупы (мы еще хорошо помним холодную войну, в которой почти никто не погиб). Но война — это всегда лишения, бедствия и разрушения: к чему привела холодная война Советский Союз, мы хорошо знаем. Война — это всегда понижение уровня жизни простого человека, ограничение свобод, упрочение позиций бюрократии. “Пушки вместо масла” — таков лозунг любой войны, и даже если пушкам не суждено выстрелить ни разу, масла нам не видать.

Мир всегда разделен, и повод для войны всегда найдется. Мир всегда делится на своих и чужих: на римлян и варваров, на христиан и язычников. В этом веке мир делился на красный Восток и белый Запад. Эти времена прошли, причем на наших глазах (иной раз тяжело осознать то, чему мы были очевидцами). Теперь мир делится на богатый Север и бедный Юг, и один Бог знает, что в связи с этим предстоит тем и другим в ближайшие годы.

Но наряду с проблемой бедных и богатых наций (которую мы сегодня, будучи бедными, знаем не понаслышке) есть и другая проблема, и она все громче заявляет о себе. Это проблема пропасти между нациями, построившими информационное общество (назовем их для краткости инфо-нациями), и нациями, оставшимися в индустриальном обществе образца XX века — со всеми его изъянами, даже если им удалось обеспечить своим согражданам сравнительно высокий уровень жизни.

Если вы, уважаемые коллеги, посвятили свою жизнь информационным технологиям (ИТ) или хотя бы сталкиваетесь с ними ежедневно, — вы наверняка согласитесь с тем, что ИТ существенно меняют жизнь общества. Речь идет не только о гигантском повышении производительности труда — хотя и это трудно переоценить, еще В.И. Ленин говорил о том, что победит строй с более высокой производительностью труда, и он был, безусловно, в это случае прав (подтверждения тому мы можем видеть ежедневно). Но, кроме того, ИТ дают новое наполнение понятию человеческих свобод, хоронят тоталитаризм во всех его видах, создают новую элиту (“золотые воротнички”) и новую среду общения. Мир вокруг нас меняется, и меняют его ИТ.

Известный эксперт по вопросам ИТ Эстер Дайсон сказала как-то: компьютеры преобразуют мир, а правительства этого не понимают. В один день правительства выглянут на улицу и увидят, что мир уже не тот, и люди уже не те, и их власть уже не та. Только лучшие правительства могут понять “новую волну” в мировом развитии и оседлать ее.

Сегодня уже многие понимают, что ИТ формируют рубеж между развитыми и недоразвитыми нациями. Проблемы текущего дня не должны заслонять новую глобальную проблему для политических лидеров и капитанов национального бизнеса. Одна из самых страшных катастроф, которые могут случиться с нацией, со страной на пороге XXI века — глобальное выпадение из мирового информационного пространства. Эта катастрофа тихая, она не сопровождается взрывами и стрельбой, но от этого не легче тем поколениям, которым придется жить после катастрофы.

Где же находимся мы? Увы, на обочине. Степень проникновения ИТ в жизнь общества измеряется в расходах на ИТ на душу населения. В то время как в США ежегодные расходы на ИТ на душу населения превысили 1100 евро, в Японии — 700 евро, а в Западной Европе — 500 евро, в ведущих странах Восточной Европы (Чехия, Венгрия, Словения, Эстония и другие) этот показатель находится на среднем уровне 90 евро (в Польше, правда, ниже — всего 40 евро). В России докризисный уровень равнялся 20 евро, а в беднейших странах Восточной Европы (Румыния, Болгария) — примерно 10 евро. На этом фоне Украина со своими менее чем 3 евро не только не может вступить в ряды инфо-наций в ближайшем будущем, но, боюсь, стоит перед реальной угрозой оказаться на скамейке запасных рядом с наименее технологически развитыми странами мира. И это страна, в столице которой менее полувека назад был спроектирован и собран второй (в хронологическом смысле) компьютер в Европе!

Итак, мы на обочине мирового развития. В будущей мировой войне (которая, как я надеюсь, будет все же бескровной) нам уготовано место проигравших. Со всеми вытекающими последствиями: аннексиями и контрибуциями, оккупацией (виртуальной, надеюсь) и лишениями (увы, совсем не виртуальными). Что делать? Каждый ищет выход персонально для себя. Можно, пока не поздно, перебежать в стан другой армии. Можно попытаться что-то сделать в своей собственной, тяготясь бессмысленностью своих попыток. Несомненно одно: пока новая технологическая элита (а она у нас в стране уже есть) не осознает, какая перспектива ожидает будущие поколения, и не попытается объединить усилия, — до тех пор мы так и останемся не готовыми к этой войне. А следовательно, проигравшими. Навсегда.

(Опубликовано в сокращенном варианте
в журнале CHIP, №09/99)