ИНТЕРНЕТ И ВАВИЛОН

Для всякого цивилизованного человека минимальные навыки владения компьютером стали такой же нормой, как умение читать и писать. Давно стало банальностью, что ПК и Интернет сегодня — то же, что письменность для человека прошлых столетий.

Что же такое письменность? Это не просто накопление суммы знаний. Хотя и накопление тоже — средневековые университетские и особенно монастырские библиотеки были, в значительной степени, просто огромными хранилищами знаний, и в случае их внезапного исчезновения (как, например, это случилось при пожаре в романе Умберто Эко «Имя розы») мир терял частичку знания. Письменность — это не просто распространение знаний. Это, прежде всего, повышение организации человеческого сообщества, его маневренности, согласованности действий. Таким образом, с появлением письменности люди стали способными совершать коллективно намного большие действия, чем до того. Не случайно появление письменности совпало по времени с появлением Вавилонской и других первых империй (а первые записи молодых цивилизаций — это военные приказы и донесения, записи о налогах и долгах).

Интернет — это новая сигнальная система человечества, с его появлением возможности согласованного коллективного действия существенно увеличились. И действительно, Интернет-технологии на наших глазах стали основой создания и функционирования огромных бизнес-империй. Интернет — основа жизни больших и маленьких сетевых сообществ (не в смысле Сети, а в смысле сетевой структуры, т.е. отсутствия иерархии, см. №3/2002). В лучшем случае сетевые структуры — это безобидные флеш-мобберы: группы незнакомых между собой людей, устраивающих перформансы в крупных городах — так, например, в Киеве как-то десятки незнакомых людей собрались вокруг «пальмы Мерцалова» и дружно ели бананы. Да и сейчас, когда я пишу эти строки, в Киеве проходит очередной флеш-моб (наверное, даже не один), так что мы посвятим этому интересному явлению одну из будущих колонок. В худшем случае сетевые структуры — это международные террористы, тоже стремящихся к максимальному согласованному коллективному действию, пусть и с негативным знаком — не можем построить, так разрушим что-нибудь крупное, небоскреб или страну.

Если верить писателю и философу Михаилу Веллеру, все изобретения человечества направлены в конечном итоге на то, чтобы повысить энергетические возможности человечества. С этой точки зрения понятно изобретение атомного реактора, — но какое отношение к этому имеет изобретение компьютера? Однако с появлением Интернета (что было, по-видимому, неизбежным этапом развития информационных технологий) всё стало на свои места. Интернет, возникший как гигантское хранилище информации, постепенно всё больше становился средством организации людей. Не просто больше знать — а организовывать и координировать бoльшие массы людей, более сложные процессы, и таким образом повысить совокупную энергетическую мощность человеческих коллективов — примерно так, как это делали первые примитивные империи.

Однако же всё не так просто. Размер империй ограничен так называемой «транспортной теоремой»: размеры империи не могут превышать vt, где v —скорость перемещения информации, t —характерная длительность процессов, подлежащих управлению из центра. С появлением Интернета величина v становится условно бесконечной, а это значит, что впервые возникает возможность создания всемирной империи. Иногда кажется, что она возникает потихоньку на наших глазах. Не случайно о глобализации заговорили примерно в те же годы, что и об Интернете. При этом существует масса людей, именующих себя антиглобалистами (и устраивающих многомиллионные демонстрации, бойкоты саммитов, столкновения с полицией и погромы «Макдональдсов»), которые убеждены: глобализация — это не одна из специфических особенность постиндустриального общества, а политический проект одной супердержавы. В которой, собственно, Интернет и возник. Мы говорим не о геополитике, мы говорим об Интернете. Вот и не случайно правительства пытаются поставить Интернет под контроль — за боязнью свободы слова и гражданского общества кроется боязнь глобализации.

Однако каждое великое изобретение имеет две стороны, несет в себе два противоположных заряда. Создавая проблему, великое изобретение одновременно предлагает инструмент ее решения. Информационному давлению глобализации, осуществляемому через Интернет, можно и нужно противопоставить с помощью того же Интернета поиск идентичности, сохранение и приумножение культуры — не в смысле фольклора и народного костюма (хотя, наряду с прочим, почему бы и нет?), а культуры, создающей идентичность нации и страны. Тогда не понадобится гадать, что объединяет Восток и Запад, а выражения типа «Интернет — это киллер» окончательно уйдут из лексикона наших политиков. Или не уйдут? Об этом — в следующих колонках о полицейском государстве будущего.

(Опубликовано в журнале CHIP, №2/06)