КОНТИНЕНТ СВОБОДЫ

Бывает и на нашей улице праздник. Недавно Совет Европы преподнес всем европейским пользователям Интернета (и нам с вами тоже) роскошный подарок: Декларацию про свободу коммуникации в Интернете. В вечном противостоянии свободы и безопасности (см. №№1-2 за этот год) закончился очередной раунд. Наверняка об этом историческом документе вы уже слышали или читали. Но он заслуживает того, чтобы еще раз вспомнить и обсудить.

Итак, Декларация эта, основываясь на базовых документах Европы по вопросам гражданских прав и свобод, открытого рынка и безопасности, определяет важнейшие условия использования Интернета в странах Европы. Тому, кто думает, что Европа от нас далеко и на нашей жизни Декларация не скажется, предлагаю вспомнить общественные битвы по поводу другой такой декларации — об отмене смертной казни. Отменили, никуда не денешься. Декларация имеет силу и для нас, и украинское законодательство будет вынуждено, скрипя, развернуться в указанном ею направлении. Более того, похоже, Декларация непосредственным образом скажется на жизни каждого из нас в ближайшее время.

Поскольку места на страничке мало, а принципов Декларации много, и все они хороши, придется лишь бегло остановиться на каждом. Итак,

Принцип 1. Невозможность установления ограничений для контента в Интернете больших, нежели для других средств массовой информации. Здесь все понятно: есть закон, в котором написано, что запрещено (призывать к свержению, насилию и т.п.). Все остальное разрешено — в Интернете, как и в газете.

Принцип 2. Поощрение саморегулирования в отношении контента в Интернете. Саморегулирование — значит, регулирование общественное, а не государственное. В этом отношении в Украине есть определенный, пусть небольшой, опыт: третейский суд, общественный наблюдательный совет. Важно другое: к этим явлениям у нас еще многие относятся с подозрением, если не сказать с опаской. Как это граждане могут сами, без государства, распоряжаться чем бы то ни было? Разве государство не всесильно и не всеведуще? Увы, даже самое лучшее государство таковым не является. Гражданское общество во многом грамотнее и оперативнее государства.

Принцип 3. Невозможность запрета доступа (блокировки либо фильтрации) к каким бы то ни было ресурсам в Интернет, независимо от границ. Этот принцип раз и навсегда закрывает дверь перед носом тех чиновников, которые хотели бы организовать Интернет по китайскому разрешительному принципу: это смотри, а это не смей. Или даже по бирманскому: все иностранное нельзя. Интернет не для того сломал границы, чтобы полицейские государства их возводили вновь. Разумеется, принцип невозможности запрета не распространяется на детей.

Принцип 4. Невозможность лицензирования или иных ограничений на создание веб-сайтов. Многие журналисты еще помнят, как их пытались заставить регистрировать сайты в одном ведомстве наряду с газетами и журналами. А потом держать на коротком поводке, грозя отменой регистрации и, следовательно, закрытием.

Принцип 5. Поощрение свободного рынка Интернет-услуг, невозможность установления для провайдеров специальных разрешительных ограничений или ограничений на доступ к телекоммуникационным сетям. Все, кто по роду своей деятельности знаком с реалиями сегодняшнего украинского Интернета, прекрасно понимают, о чем идет речь. И наконец поставлена точка в давнем споре: нужно ли лицензировать Интернет-провайдеров?

Принцип 6. Невозможность привлечения провайдеров к ответственности за контент, который они передают или хранят, и невозможность вменить им в обязанности мониторить этот контент. Казалось бы, все понятно: телефонная компания же не отвечает за преступника, который пользовался телефоном, а дорожно-эксплуатационное управление — за пьяного водителя. Однако многим памятен инцидент, когда одного из крупнейших киевских провайдеров пытались привлечь по статье за то, что предоставил услуги хостинга человеку, совершившему противозаконное деяние. Сделать провайдеров вольнонаемными и бесплатными жандармами Интернета, под угрозой сумы и тюрьмы, — такая мысль постоянно приходит в некие чиновные головы. Теперь всё, лавочка закрылась.

И, наконец, принцип седьмой. Допустимость сохранения анонимности пользователей Интернета. Этот принцип далеко выходит за рамки традиционного права ХХ века, это звоночек новой эпохи. Об этом можно было бы написать отдельную статью. Конечно, компетентные органы имеют все права отслеживать и разыскивать лиц, обвиняемых в совершении преступлений, — но только на законной основе, точно так же, как они пользуются в установленных случаях телефонной прослушкой, перлюстрацией писем и наружной слежкой. В общем, безопасность — хорошо, но законность — лучше, считает Совет Европы. И мы, бывшие жители тоталитарной империи, не можем с ним не согласиться.

Интернет — новое измерение человеческих возможностей. Кто-то сказал: Интернет — это новый континент на карте Земли. И этот континент отныне будет свободным.

(Опубликовано в журнале CHIP, №7/03)