МИР ДО И МИР ПОСЛЕ

Что же все-таки произошло и в какой системе координат рассматривать события 11 сентября и последующих дней (а может, и десятилетий)? Предлагаются как минимум три очень удобные системы координат. «Цивилизованный мир против терроризма». «Богатые против бедных». «Запад против Востока, или Север против Юга, короче — Христиане против мусульман». В каждой из этих систем координат легко и просто действовать. Цивилизованный мир против терроризма? О'кей, уничтожим террористов, освободим мир от страшной угрозы, и дело с концом! Богатые против бедных? О'кей, накормим голодных, дадим им книги и фильмы, жвачку и кока-колу, и они перестанут завидовать и порождать из своей среды фанатиков-самоубийц. Христиане против мусульман? О'кей, тогда нужно собираться в новый крестовый поход, не так ли?

Проблема в том, что никакая из этих трех парадигм не дает свет в конце туннеля. Цивилизованный мир против терроризма? Но победить такой терроризм невозможно, потому что он опирается на критическую массу нищеты, отчаяния и ненависти. По статистике, более-менее благополучно живет только один миллиард из шести миллиардов жителей Земли. И когда говорят «цивилизованное человечество», имеют в виду именно этот «золотой миллиард». Нищеты, отчаяния и ненависти в пять раз больше. Понятно, что, несмотря на все танки и ракеты, в прямом столкновении «золотой миллиард» обречен — и не только из-за численности, но и потому, что нищета и отчаяние злее, более харизматичны, более жестоки, не боятся «общественного мнения» и, в отличие от «золотого миллиарда», готовы умирать — а значит, сильнее.

Значит, богатые против бедных? Давайте накормим дикарей, чтобы они не пришли и не перебили нас. Но как это сделать? Дать им денег — накупят оружия и будут дальше жить впроголодь. Дать им книг и фильмов? Но именно нашего образования и культуры они и не хотят — они не хотят быть похожими на нас (а могут сделаться, если будут читать те же книги и смотреть те же фильмы). Им не нужны жвачка и кока-кола, именно против этого они и восстают. И потом, можно поднять уровень жизни бедных, но нельзя уменьшить разрыв — он определяется знаниями и умением их применить, и поэтому только увеличивается. Растущий разрыв порождает рост ненависти. Замкнутый круг.

Значит, христиане против мусульман? Ну, тогда вообще нет выхода. В столкновении цивилизаций всегда побеждает более молодая — а мусульманская моложе. Но и эта парадигма ничего не объясняет — только создает образ врага.

Понять, что происходит и что делать, можно только в рамках одной парадигмы. Постиндустриальная Ойкумена столкнулась с доиндустриальной Окраиной — вот что произошло. Дикарь с компьютером и самолетом остается дикарем, а не человеком новой эпохи (см. мартовский и июльский номера). И теракты 11 сентября — это попытка повернуть время вспять, от постиндустриального к доиндустриальному обществу. Эта попытка предпринята теми, кто проигрывает в новой эпохе. Огромные нефтяные богатства в постиндустриальной экономике, основанной на знаниях, не дают обладателям этих богатств права на лидерство и мировое господство. Это они стоят за терактами. Нефтяные магнаты не могут создавать — они могут только качать нефть. Или разрушать созданное другими, чтобы обесценить его и утвердить свое право. Ислам и терроризм, нищета и ненависть — это только инструменты. Цель же — остановить время.

Просматривая старые черновики, я понял, что переоценил Окраину — я полагал, что будет нечто вроде массированной хакерской атаки, т.е. что игра будет вестись все-таки по правилам Ойкумены. Конечно, я ошибался. Окраина не в состоянии ничего создать. А там, где ты не можешь ничего создать — ты можешь только разрушать. Окраина использовала два великих достижения Ойкумены, самолет и небоскреб, самым простым способом — столкнула их, произведя максимум того, на что способна — максимальное разрушение.

А что же мы? Где наше место в новой мировой системе координат? Украина — типичная индустриальная страна. Индустриальный уклад представляет нынче прослойку, которая норовит перейти на следующую ступень, а ее тянет вниз, на предыдущую. По самой природе нашего общества, в силу нашей привычки к второстепенности и догоняющему пути развития, мы находимся меж двух огней. Что может быть хуже? Практика мировой политики показывает, что любая страна может быть достаточно быстро причислена к изгоям, особенно в отсутствие четкой стратегии развития. Быстрое постиндустриальное развитие — единственный способ уцелеть. Даже если захотим, в Окраину нас не пустят, как уже вкусивших индустриальные плоды. Значит, наше место в Ойкумене. А значит, наши приоритеты — информационные технологии и телекоммуникации, образование и банковская система, наука и медицина, туризм и масс-медиа. Все это инструменты нашего движения вперед. Будем и дальше болтаться посредине — второго шанса может не быть.

(Опубликовано в журнале CHIP, №11/01)